JavaScript отключён. Чтобы полноценно использовать наш сайт, включите JavaScript в своём браузере.

Ответить в теме

Сообщение: <blockquote data-quote="Маруся" data-source="post: 1384759" data-attributes="member: 1">Да, в августе 1991 года у сотен тысяч россиян действительно хватило смелости выйти на улицы. Люди голыми руками останавливали танки, строили баррикады у Белого дома и были готовы стоять до конца под угрозой реального штурма.Но если сравнить то время с сегодняшним днем, становится понятно, почему тогда это сработало, а сейчас — нет. Дело не в том, что люди тогда были смелыми, а сейчас вдруг стали трусливыми. Сама историческая и политическая ситуация была принципиально иной.Вот почему в 1991 году россияне смогли выйти и победить:1. Общество шло на подъем, а не на спад1991 год — это финал Перестройки. Люди уже несколько лет жили в атмосфере Гласности: читали запрещенные книги, смотрели критические передачи по телевизору, участвовали в первых альтернативных выборах. Общество было заряжено надеждой, колоссальной энергией изменений и верой в то, что они строят новое, свободное будущее. Было ощущение, что старая система уже сгнила и достаточно сделать последнее усилие, чтобы она рухнула.Сегодняшняя Россия — это результат 25 лет постепенного, системного закручивания гаек. Общество находится в фазе глубокой депрессии, усталости и апатии после множества разгромленных протестов прошлых лет.2. Раскол во власти и легитимные лидерыЭто ключевой фактор любой успешной революции. В 1991 году люди выходили не в пустоту — у них был мощный, легитимный и официально избранный лидер. Борис Ельцин к тому моменту уже был Президентом РСФСР (России внутри СССР).Когда Ельцин залез на танк и объявил ГКЧП вне закона, люди понимали, что они защищают не просто абстрактную свободу, а свою законную российскую власть против горстки заговорщиков из КГБ. В стране было двоевластие, и половина государственного аппарата, включая многих военных, поддерживала Ельцина.Сегодня в России оппозиция полностью зачищена: лидеры либо убиты, либо находятся в тюрьмах, либо выдавлены из страны. У общества нет легитимного центра координации внутри государства, за которым можно было бы пойти.3. Нерешительность старых силовых структурСоветская армия, КГБ и МВД в 1991 году были дезориентированы. Члены ГКЧП сами были напуганы, их руки дрожали на знаменитой пресс-конференции. У них не было психологической готовности отдать приказ открыть огонь на поражение по десяткам тысяч мирных граждан в центре Москвы. Когда спецназ «Альфа» получил приказ штурмовать Белый дом, командиры просто отказались его выполнять, понимая, что это приведет к бойне.Современный российский силовой аппарат устроен иначе. Он создавался и тренировался все эти годы именно для подавления внутренних протестов. ОМОН и Росгвардия имеют новейшее техническое оснащение, огромные зарплаты, юридическую неприкосновенность и, главное, многолетний опыт жестких разгонов без каких-либо колебаний.4. Отсутствие страха перед тотальным контролемВ 1991 году советская система контроля уже разваливалась. Не было ни баз данных, ни камер с распознаванием лиц, ни возможности заблокировать банковский счет или отнять недвижимость одним кликом мышки. Человек в толпе чувствовал себя защищенным этой самой толпой.В 1991 году россияне доказали, что способны на массовый и отважный протест ради свободы. Но они выходили против слабеющей, сомневающейся советской номенклатуры. Сегодня же общество противостоит ультрасовременной, циничной цифровой диктатуре, которая учла все ошибки ГКЧП и сделала невозможным появление новых «Ельциных на танке».</blockquote>

Проверка